«Разве я мечтаю о невозможном? — думал он. — Разве глупо верить слухам о возможности побега? Возвращение из смерти. Свобода. Вероятно, даже… Завершение?»

Спуск прекратился. Дверь отворилась в ревущую тьму. Хлынула удушливая жара. Пот насквозь пропитал легкую одежду.

Зная, что выбора нет, Атон шагнул во мрак.

— В сторону! — проорал ему в ухо чей-то голос.

Грубые руки с силой толкнули. Он вывалился на середину пещеры — книга под мышкой — едва различая фигуры людей, сновавших между ним и освещенным лифтом.

Они работали молча, втроем, вытаскивая корзины и размещая их у ближайшей стены. Когда лифт опустел, они бережно внесли внутрь маленькие металлические шкатулки-гробики. «Гранаты», — сообразил Атон. Люди были рослыми, бородатыми, длинноволосыми и нагими, и у каждого на спине висел какой-то склизкий мешок. Картина при тусклом свете была гротескной, они напоминали Атону горбатых гномов.

Один из них захлопнул дверь и отключил свет. Шум в помещении был такой сильный, что Атон не услыхал, как поднимается лифт, но догадался, что единственная его связь с внешним миром оборвана. Теперь он находился во власти Хтона.

В конце концов, и здесь был свет — шипящее зеленоватое свечение, испускаемое стенами и потолком, которые словно бы тлели. Постепенно глаза приспособились. Он мог ориентироваться.

К нему подошли люди.

— Новичок? Имя?

— Атон Пятый.

— Пятый?

— Не нравится, не ешь.

Реплику приняли во внимание, оценивая его: так стая волков оценивает чужака.

— Ладно, Пятый, — слушай и мотай на ус. Здесь внизу мы не задаем вопросов. И не отвечаем на них. Нам все равно, почему тебя послали сюда, только не делай этого впредь. Не создавай неприятности, делай свое дело и протянешь. Понял?